Евгения Савченко: Страх, статус и внутренний кризис. Что на самом деле скрыто за успехом

Курсы MBA, фитнес и новые гаджеты считаются привычными инвестициями в себя. Но что, если самый недооценённый актив лежит гораздо глубже? Мы поговорили с психотерапевтом Евгенией, которая более 15 лет работает с топ‑менеджерами и предпринимателями. Вы узнаете, почему внутренний аудит важнее любого бизнес‑образования, как отличить настоящую опору от социальной маски и почему в начале терапии становится хуже, а потом на порядок лучше.

- Евгения, когда вы пришли в профессию?

До того как я попала в Вену и начала изучать психотерапию, я уже изучала психологию в постсоветской стране. Но это, скажем так, было совершенно другое образование. В Европе психотерапевты обязаны пройти личную терапию, прежде чем министерство разрешит им работать с клиентами. И только пройдя её, я поняла, что такое реальные инвестиции в себя. Моя жизнь изменилась - изменилось восприятие себя, других людей и своих достижений. Это как если бы ты был луковицей: снимаешь слой за слоем - то, что сказали родители и окружение, и в конце концов доходишь до себя настоящего.

- Для бизнес-аудитории «инвестиции в себя» это обычно курсы, спорт, нетворкинг. Вы же говорите, что это нечто другое. О чем пойдет речь в интервью?

Мы поговорим о том, что самый недооценённый актив это не навык, а способность выдерживать контакт с реальностью и с самим собой без искажений. Навыки усиливают эффективность, но не определяют, из какого внутреннего месседжа человек действует. Если внутри есть напряжение, страх или потребность в признании, именно эти состояния начинают управлять вашими решениями, карьерой и отношениями. Когда человек инвестирует только в навыки, он усиливает инструменты, но не исследует операционную систему. И в какой‑то момент возникает расщепление - внешне мы видим успешно функционирующую личность, а внутренне человек теряет опору и смысл. Кризис в этом случае не ошибка, а сигнал о том, что прежняя конструкция личности больше не выдерживает ежедневное напряжение.

- - Мы привыкли, и в обычной жизни часто идентифицируем себя через работу. На нетворкинге говорят не «я хороший друг», а «я владелец компании». Это плохо?

Это не плохо само по себе, но становится опасным, когда превращается в единственную маску. Человек привыкает, что он и есть его функция, и обедняет все остальные сферы. И тогда рано или поздно приходит вопрос: «Кто я без всего этого?» В бизнесе это особенно заметно. Ты уже достиг того, чего хотело общество, но не понимаешь, куда идти дальше, потому что забыл, кем был для себя.

- И тут на помощь приходит психотерапия. Однако многие описывают её начало как ухудшение состояния. Появляется тревога, сожаления, чувство, что стало только хуже. Это нормально? И как не бросить на первом же шаге?

Абсолютно нормально. Для того чтобы стало лучше, сначала должно стать хуже. Представьте медицинскую аналогию. Чтобы рана зажила, ее нужно открыть, почистить и продезинфицировать, а это больно. То же самое в психотерапии. Процесс снятия защит и встречи с вытесненными эмоциями субъективно переживается как ухудшение. Но фактически это переход от неосознанной компенсации к осознанной переработке. В бизнес‑среде это как аудит и реструктуризация. Пока система не покажет слабые места, устойчивую модель не построить.

Плюс есть феномен переноса. Терапевт не реагирует так, как привыкли другие люди в вашем окружении, будь то начальники, подчинённые или партнёры. Это вызывает фрустрацию и злость. Но именно в этом и заключается точка роста. Терапия это построение здоровых отношений, где вы выступаете не в социальной маске, а постепенно учитесь быть собой.

- Бизнесмены часто говорят: «У меня нет времени на слабость и на эти разговоры». Что вы ответите человеку, который считает терапию непозволительным расходом времени?

Я предлагаю рассматривать терапию как обслуживание ключевого управленческого инструмента, то есть, собственной психики. Лидер принимает решения в условиях неопределённости постоянно. Качество этих решений напрямую зависит от ясности восприятия и способности выдерживать напряжение. Если не заниматься собой, вы становитесь ограничивающим фактором для системы, которой управляете. Стрессовые паттерны, например избегание, импульсивность или жёсткость, искажают принятие решений, и последствия таких решений бьют по бизнесу. Это как не менять масло в двигателе - сначала машина едет, а потом встаёт. Про ТО автомобиля все помнят, а про себя почему‑то забывают.

- Вы работаете с телом и эмоциями или больше через разговорный процесс? Насколько вообще важен телесный контакт?

Тело помнит всё. И когда начинаешь работать с эмоциями, тело тоже меняется. Психосоматика не миф. В моём подходе, а я позиционирую себя как неклассический психоаналитик, упор - на диалог. Я не даю домашних заданий и не навязываю дополнительные практики. Но прошу клиентов переводить фокус внимания на себя, задавать себе вопрос: «Как я чувствую себя в этой ситуации?»; делать маленький анализ в конце дня или недели. И главное, я добавляю свою личность в терапию. Классический психоанализ предполагает, что терапевт является зеркалом. Но сейчас, в эпоху искусственного интеллекта и тотального одиночества, человеку нужно не молчаливое отражение, а живой контакт. Исследования говорят, что 50 % эффективности терапии составляет связь между клиентом и терапевтом, 30 % — знания терапевта и только 20 % — работа самого клиента. Парадоксально, не правда ли?

- Кстати, об искусственном интеллекте. Многие сейчас тестируют чат‑ботов как психологов. Вы верите, что они заменят живого специалиста?

Нет, не верю. Человеку нужен человек. Существует классическое исследование с обезьянками. Одну «маму» сделали из мягкого поролона и тряпочек, а другую из холодной проволоки, но прикрепили к ней бутылочку молока. Детёныш приходил поесть к проволочной и сразу возвращался к мягкой. Нам нужна тактильность, тепло, ощущение живого человека рядом.

Искусственный интеллект даёт иллюзию поддержки и часто говорит то, что вы хотите услышать. Но он не может с вами дискутировать и не разделяет вашу уязвимость. А истинное познание себя происходит только в контакте с другим живым человеком, потому что именно в общении мы видим свои изменения. Когда вы один, как вы оцените, что выросло?

- Если подводить итоги, что вы хотите пожелать нашим читателям?

Я знаю, как трудно бывает остановиться в гонке за результатами. Помните, что самый долгосрочный и высокодоходный актив это ваша внутренняя устойчивость. Не бойтесь временного ухудшения на пути к ясности. Инвестируйте в свой контакт с реальностью, в живое общение и в смелость быть собой. Тогда любые бизнес‑задачи будут решаться не на износ, а с опорой. Позвольте себе стать главным проектом своей жизни.

Мы живём в такое время, когда это звучит почти банально. Говорят: хочешь изменить мир, измени себя. Но это правда. Когда вы меняете внутреннее наполнение, меняется и восприятие. А вся наша жизнь это один большой вопрос восприятия. События нейтральны, окрашиваем их мы сами. Так сделайте эту жизнь интересной и яркой.

Email: у.Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Website: www.psychotherapie-sys.at
Instagram: @sys_psychoanalyst

Ольга Сумарокова: Жизнь на пороге

Почему ты рассыпаешься на части, пока мир несётся вперёд

Для тех, кто устал быть собранным.

Эта статья — для тех, кто утром открывает глаза и уже чувствует, что опоздал: в жизнь, в успех, в собственные ожидания, в чужие представления о том, каким надо быть.

Для тех, кто вроде бы справляется: отвечает на сообщения, ходит на работу, улыбается людям, оплачивает счета, держит лицо. Но внутри живёт чувство: будто тебя стало слишком мало для этого мира. Будто мир требует не человека, а приложение с обновлением каждые два дня.

Мы привыкли думать: если тревожно, если мы рассыпаны, если внутри пусто или больно, значит, с нами что-то не так. Надо быть продуктивнее, дисциплинированнее, сильнее и наконец-то стать “нормальным человеком”.

Но что, если проблема не только в тебе? Что, если ты не сломан? Что, если ты просто живёшь в мире, который стал слишком быстрым для человеческой души?

1. Твоё тело — в прошлом, твой мир — в будущем

Футуролог Бакминстер Фуллер ещё десятилетия назад заметил: знания и технологии растут по экспоненте, а человек остаётся существом из плоти и крови. Нам нужно время, чтобы прожить горе, почувствовать радость, восстановиться после стресса, отпустить человека, понять, что мы чувствуем.

Но мир вокруг ускоряется. Новости меняются быстрее, чем мы успеваем осмыслить предыдущие. Профессии исчезают и появляются. Социальные нормы переписываются. Телефон лежит рядом, как маленький оракул тревоги: там работа, любовь, деньги, чужой успех, война и сообщение, на которое ты не ответил три дня.

Ты пытаешься бежать за этим поездом, но твои ноги — человеческие, а рельсы под ним — цифровые.

Чувство, что ты “не успеваешь”, “не дотягиваешь”, “отстаёшь”, — не всегда личная слабость. Это столкновение человеческой психики с темпом, для которого она не была создана. Наш мозг не рассчитан на то, чтобы каждое утро сравнивать себя с сотнями чужих жизней и одновременно держать карьеру, детей, деньги, здоровье, отношения, новости и личный бренд.

Человеческая психика сильная. Она умеет адаптироваться. Но она не может бесконечно жить в режиме “догнать мир, который каждый день уезжает ещё дальше”.

И тогда человек начинает чувствовать вину за то, что он просто человек: устал, медленно восстанавливается, нуждается в тишине, сне, живом времени. Возможно, неправильно не то, что мы медленные. Неправильно то, что мы начали считать человеческую медленность дефектом.

2. Современность в пыль

Антрополог Арджун Аппадураи называл это “современностью вдребезги”, modernità in polvere: мир, рассыпанный на потоки, фрагменты, образы, перемещения, медиа, деньги, желания и тревоги.

Раньше у человека чаще была почва под ногами: дом, вера, понятный путь, относительно стабильная роль, сообщество, традиция. Это не значит, что раньше было прекрасно. Было полно боли и ограничений. Но у жизни чаще была структура.

Сегодня ты — облако осколков. Твои финансы в одном месте. Друзья — в соцсетях. Тело сидит на кухне с чашкой кофе. Тревога уже в следующем месяце. Самооценка где-то между чужими фотографиями из отпуска и письмом от налоговой. А душа иногда стоит в сторонке и спрашивает: “А меня кто-нибудь планирует учитывать?”

Нет центра. Нет точки опоры. Ты вынужден каждый день заново собирать себя из обрывков информации, чужих мнений, обязанностей, страхов, ролей и ожиданий.

Эта раздробленность часто выглядит как обычная жизнь. Ты просто встаёшь, отвечаешь: “Да, всё нормально” — и идёшь делать дела. Но внутри может быть ощущение, будто ты не живёшь, а постоянно удерживаешь форму.

3. Вечный плен в дверном проёме

Виктор Тёрнер ввёл понятие лиминальности — состояния порога: “уже не там, но ещё не здесь”. Раньше это был временный этап: инициация, свадьба, переезд, смена статуса. Человек покидал старую роль, проходил через неопределённость и входил в новую.

Но сегодня порог стал нашим домом.

Старые правила уже не работают: работа на всю жизнь — миф, уверенность в завтрашнем дне — роскошь, стабильные сценарии всё чаще рассыпаются. А новые правила ещё не написаны. Мы живём в черновике мира, который всё время редактируется без нашего согласия.

Ты вроде бы взрослый, но не всегда чувствуешь устойчивость. Вроде бы свободный, но свобода иногда похожа не на крылья, а на отсутствие поручней. Вроде бы есть выбор, но от количества вариантов хочется не выбирать, а лечь на пол.

Лиминальность — это зона, где старое “я” уже умерло, а новое ещё не родилось. Человек уже не может сказать: “Я тот, кем был раньше”, но ещё не может сказать: “Я понял, кем становлюсь”.

Он между. Между старой версией себя и новой. Между “я должна” и “я хочу”. Между “так принято” и “а мне так больше нельзя”. Между жизнью, которая была понятной, и жизнью, которая требует смелости.

Именно на пороге часто кажется, что ты сходишь с ума. Потому что старое уже не держит, а новое ещё не держит.

4. Ускорение → распад → тревога

Если собрать эти части, получится психологическая формула современной боли:

ускорение → распад → неопределённость → тревога → истощение.

Фуллер помогает увидеть ускорение. Аппадураи — распад на фрагменты. Тёрнер — состояние порога, в котором мы зависли.

Тревога современного человека — не всегда поломка. Иногда это крик психики, которая пытается выжить в мире, ставшем нестабильным до самого основания.

Снаружи ты можешь быть функциональным: работать, пить кофе, шутить, помогать другим, выглядеть собранным. А внутри может быть тишина или крик. Иногда тишина страшнее крика, потому что крик хотя бы сообщает: “Мне больно”, а тишина говорит: “Я уже не знаю, что чувствую”.

Современный человек часто живёт не жизнью, а списком требований к себе. Надо зарабатывать, развиваться, следить за здоровьем, быть осознанным, не травмировать детей, иметь границы, быть красивым, не быть токсичным и всегда оставаться “в ресурсе”.

Так рождается тревога не о конкретной опасности, а о самом факте существования. Внутри звучит: “Я не там. Я не успеваю. Я недостаточно. Я должен собраться”. И где-то глубже — тихий вопрос: “А я вообще живу?”

5. Выход не там, где вход

Психология старой школы может сказать: “Вернись в норму”. Но нормы больше нет. Ты не обязан возвращаться туда, чего уже не существует.

Нельзя “починить” человека так, чтобы он снова идеально вписался в больную скорость. Нельзя сделать живую душу удобной для мира, который сам потерял чувство меры.

Задача терапии — не починить тебя, чтобы ты снова бежал за поездом. Задача — помочь найти свои смыслы среди обломков. Не чужие, не модные, не те, которые хорошо смотрятся в биографии, а твои. Те, рядом с которыми тело немного выдыхает и говорит: “Да. Здесь я живой”.

Трансформация часто начинается не тогда, когда всё понятно, а когда старые объяснения больше не работают. Когда привычная роль стала тесной. Когда невозможно предавать себя как раньше. Когда боль уже не получается заглушить занятостью. Когда душа перестаёт соглашаться на жизнь, в которой её нет.

Это может быть некрасиво: через слёзы, злость, стыд, растерянность, пустоту и честное “я не знаю”. Но “я не знаю” — не конец. Иногда это первая честная фраза после многих лет жизни на автомате.

6. Почему мы боимся замедлиться

Замедление пугает, потому что пока ты бежишь, ты можешь не слышать себя. Бег — прекрасная анестезия. Дела, сообщения, забота о других, контроль, планы и бесконечное “надо” могут быть способом не встретиться с тем, что внутри.

Когда человек останавливается, поднимается то, что он долго не хотел чувствовать: одиночество, усталость, злость, разочарование, страх, что поздно, грусть по себе прежнему.

И психика говорит: “Лучше давай ещё одно дело. Давай уборку, курс, помощь всем вокруг. Только не будем сидеть в тишине”.

Но тишина не враг. Это место, где можно услышать, что с тобой происходит. Без этого невозможно собрать себя заново.

7. Что значит собрать себя

Собрать себя — не значит стать идеальным и перестать тревожиться навсегда. Собрать себя — значит вернуть контакт с собой.

Спросить: что я чувствую? чего я хочу? что я терплю? где я предаю себя? где живу из страха? где пытаюсь заслужить право быть любимым? где бегу не потому, что хочу, а потому что боюсь остановиться?

Мир не станет внезапно медленным и понятным. Но внутри может появиться центр. Маленький, тихий, сначала почти незаметный. Из него можно сказать: “Я не могу контролировать весь мир, но могу вернуться к себе. Я не обязан успевать всё. Я имею право быть живым, а не только эффективным. Я могу выбирать, что действительно моё”.

Иногда это и есть начало новой жизни.

Мини-практика: “Сборка фрагментов”

Остановись физически. Поставь стопы на пол. Опусти плечи. Заметь: ты здесь. Почувствуй вес тела и скажи про себя: “Мир летит, но мои ноги здесь. Я живой”.

Назови три опоры, которые не зависят от новостей и чужих ожиданий: вкус чая, звук дождя, любимую песню, способность смеяться, любовь к красоте, тягу к смыслу.

Разреши себе не успеть. Хотя бы на минуту: “Я имею право быть медленным. Я имею право не помещаться в этот ритм. Я имею право быть человеком”.

Потом спроси себя: “Какой один маленький фрагмент себя я могу вернуть сейчас?” Выпить воды. Сказать “нет”. Попросить помощи. Признать: “Я устал”. Признать: “Я хочу по-другому”.

Жизнь возвращается не только через большой прорыв. Иногда она возвращается через один маленький честный шаг.

Эпилог. На пороге тоже можно жить

Мы привыкли думать, что жизнь начнётся потом: когда станет спокойнее, будет больше денег, кризис закончится, мы разберёмся с собой и внутри появится уверенность.

Но значительная часть жизни происходит именно на пороге — в неопределённости, переходе, неготовности, моменте, когда старое уже не работает, а новое ещё не стало домом.

Может быть, центр — это не место, куда надо прийти. Может быть, центр — это навык возвращаться: к телу, дыханию, честности, своим смыслам, живому контакту и внутреннему голосу, который говорит: “Вот здесь я настоящий”.

Ты не обязан быть идеально собранным в мире, который сам рассыпается. Ты не обязан успевать за каждой новостью, каждой чужой жизнью, каждым ожиданием. Ты имеешь право быть медленным, уставшим, ищущим, не знающим.

Я помогаю тем, кто устал казаться сильным в мире, который сходит с ума. Если ты чувствуешь, что внутри всё надломлено, и тебе нужна опора, чтобы собрать себя заново — я здесь.

Ольга Сумарокова
Психология присутствия

Психообразование, осознанность и индивидуальная интеграция современных методов психологической поддержки.
Консультации онлайн и очно в Риме.
Языки: русский, итальянский.

Email: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

oЭтот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. 

Tel./WhatsApp: +39 339 859 4703

Кристина Кердрё: «Откровенный разговор о нейрофизиологии успеха»

Вы встаёте в пять утра, работаете без выходных, решаете задачи как конвейер, однако результат остаётся прежним? «Поздравляем»: вы попали в ловушку главного мифа об эффективности. Кристина Кердрё, нейротренер с десятилетним опытом работы, соединившая психологию, нейрофизиологию и управление в единую систему, объяснит, почему пассивный отдых полезнее активных путешествий, как распознать сигналы перегруженной психики и почему самое опасное для карьеры - увеличивать нагрузку и темп, без отлаженной системы восстановления.

- Кристина, с чего начался ваш личный путь в нейронауку? Психология была первой или всё же бизнес?

Изначально первой была психология. Однако в те времена профессия психолога не пользовалась уважением, я уехала в Китай, где занялась бизнес-администрированием. В общей сложности прожила там пятнадцать лет, из них десять плотно работала с бизнесом. Когда моя карьера в этой сфере достигла пика, я почувствовала, что хочу большего и решила вновь вернуться к психологии.

Консультируя, я заметила закономерность: ко мне приходит предприниматель, жалуется на нехватку инструментов для масштабирования. Мы начинаем работать с действиями, выстраиваем систему, наводим порядок, всё будто бы начинает работать. Но спустя время снова возникает стопор. Тогда мы идём глубже: разбираем мышление, страхи, внутренние конфликты. Человеку становится легче, появляется ясность… но через какое-то время система снова даёт сбой. И только когда я открыла для себя нейрофизиологию, у меня наконец сошлись все пазлы, и результаты начали по-настоящему поражать.

- Именно отсюда ситуация, когда человек всё знает, но ничего не делает?

Именно. Когда психика перегружена, владение любыми самыми эффективными инструментами теряет смысл. Потому что в состоянии стресса префронтальная кора, которая отвечает за логику, принятие решений и долгосрочное планирование, попросту отключается, вы физиологически не способны действовать.

Поэтому я рассматриваю человека как объёмную систему. Фундамент - физическая и психическая энергия, на них выстраивается мышление. А инструменты становятся лишь верхним слоем, «вишенкой на торте».

- Однако люди из бизнеса редко приходят с запросом «научите меня отдыхать». Обычно им нужен новый инструмент для масштабирования. Это же следствие культа трудоголизма?

Абсолютно верно, но это заблуждение. Трудоголизм активно пропагандировался последние пятнадцать лет. Однако сверхэффективность можно сравнить с движением на автомобиле без дозаправки. Она сохраняется ровно до того момента, пока не кончится топливо. У человека тоже есть свой резервуар, физической и психической энергии, на который мы редко обращаем внимание. (При этом мышление, принятие решений, постоянная концентрация и эмоциональное напряжение требуют колоссальных затрат ресурсов.) Когда вы утомлены, фокус внимания падает, концентрация снижается. Вы начинаете совершать множество суетливых действий, лишь бы что-то делать и сохранять ощущение контроля. Результата нет, потому что вы не способны определить приоритеты.

- Получается, мы сами загоняем себя в туннельное мышление?

Да, это и есть туннельное мышление. В режиме перегрузки лимбическая система активирует только базовые инстинкты: «бей, беги или замри». У каждого человека доминирует одна из этих автоматических реакций. В таком состоянии вы видите не множество возможных решений задачи, а лишь одно, привычное. Вы ходите по кругу: месяц в плюсе, два в минусе. И не осознаёте, что проблема не в недостатке инструментов, а в том, что ваша психика перегружена и батарейка разряжена.

Первый уровень, состояние. Здесь мы смотрим, в каком режиме сейчас живёт нервная система: есть ли ресурс, восстановление, перегрузка, тревога, истощение. Потому что если человек находится в хроническом стрессе, любые инструменты будут работать нестабильно.

Второй уровень, мышление. Мы разбираем, как человек интерпретирует происходящее, какие внутренние конфликты его тормозят, где включаются страх, вина, обесценивание или привычная стратегия «я должен справиться любой ценой».

Третий уровень, действия. Это уже планы, структура, конкретные шаги, приоритеты, система движения к цели.

- То есть вы не навязываете клиенту сложные концепции нейробиологии, если он к ним не готов?

Совершенно верно. Это бесполезно, как разговаривать на китайском с тем, кто его не знает. Я всегда начинаю с того уровня, на котором сейчас находится клиент. Если предприниматель приходит за масштабированием, я не говорю ему сразу: «Вам нужно отдохнуть». Мы можем начать с действий, но в процессе я всё равно смотрю глубже. Для меня задача не просто дать человеку очередной инструмент, а понять, на каком уровне сейчас произошёл сбой. Потому что иногда проблема не в плане, а в состоянии, из которого человек пытается этот план реализовать.

- Один из таких глубинных методов - это IFS, внутренняя семейная система. Расскажите, что это такое.

У каждого человека есть внутренние диалоги. «С одной стороны, я хочу запустить проект, но с другой стороны, боюсь, что не получится». Это две разные внутренние части нас. У каждой части есть свой возраст, свои эмоции и свои задачи. И зачастую они хотят противоположного. Одна часть стремится к реализации, признанию и самоценности. Другая часть пытается защитить вас от унижения или разочарования, потому что в прошлом был негативный опыт. Представьте, что в детстве вы выступали перед гостями, и кто-то сделал неприятное замечание. В вашей внутренней картотеке закрепляется связь: «публичное выступление равно унижению». И каждый раз, когда нужно проявить себя, защитная часть кричит: «Не ходи туда, лучше испеки торт, это безопасно».

- И как с этим работать? Нужно разговаривать с этими частями?

Главное в IFS не борьба с частями, а диалог с ними, развитие контакта. Когда человек начинает замечать свои внутренние реакции из более устойчивого состояния, появляется возможность по-другому взаимодействовать с собой.

Вы можете заметить: «Я вижу, что часть меня сейчас боится. Благодарю тебя за попытку защитить меня. Но сейчас мне не четыре года, я взрослый человек и способен выдержать критику или чужое мнение». И интенсивность страха снижается. Наша цель - не перестать испытывать негативные эмоции, а научиться их выдерживать, не разрушая себя.

- Значит, ключевой навык адаптивности психики - толерантность к дискомфорту?

Многие хотят избавиться от тревоги раз и навсегда, но так не бывает. Всегда есть вероятность ошибки, провала, негативной обратной связи. Вопрос не в том, чтобы этого избежать, а в том, чтобы, столкнувшись с трудностями, вы смогли остаться в ресурсном состоянии и продолжить движение. Моя задача как нейротренера - развить у человека навыки замечать своё состояние, распознавать его, выдерживать и, что очень важно, поддерживать себя в сложные моменты. Мы все умеем себя критиковать. А поддерживать, к сожалению, нет.

- Вы говорите, что даже отдыхать мы не умеем правильно. Что вы имеете в виду?

Люди часто путают досуг и отдых. Досуг предполагает яркие стимулы, интенсивные эмоции, новые впечатления. Например, отпуск в джунглях Амазонки, двадцать музеев за пять дней, все мыслимые виды спорта. После такого человек говорит: «Мне нужен ещё один отпуск, чтобы отдохнуть от отпуска», потому что мозг не восстановился, он перерабатывал огромный объём новой информации в авральном режиме.

Подлинный отдых требует отсутствия избыточных стимулов. Возможность лечь на диван или просто посидеть в тишине. Для трудоголика это самое сложное испытание, потому что возникает тревога: что значит расслабиться? Однако именно в таком состоянии завершается стрессовый цикл и восстанавливается нервная система.

 

- И как понять, что сейчас нужен именно такой «скучный» отдых, а не очередное яркое приключение?

Необходимо научиться считывать сигналы собственного тела и психики. Каждому человеку от природы дано разное количество энергии. Кто-то более чувствителен, кто-то более устойчив. У каждого свой набор сигналов перегрузки. Задача состоит в том, чтобы постепенно изучить особенности своей нервной системы: что вас восстанавливает, что истощает, после каких событий вам нужно больше времени на восстановление. Например, я знаю, что после эмоционально насыщенного события, такого как день рождения или длительный перелёт, на следующий день наступает дофаминовая яма. Поэтому я заранее освобождаю первую половину дня, добавляю в расписание «воздух» и не планирую важных дел. Без такого понимания человек часто живёт в цикле перегрузки и истощения. А когда начинает учитывать особенности своей системы, появляется больше устойчивости и внутреннего комфорта.

- Вы часто используете аналогию с ездой на автомобиле.

Потому что она наглядна и точна. В дороге вы видите знак резкого поворота и притормаживаете. Но в жизни внешних знаков часто нет, зато есть внутренние сигналы. Я помогаю людям замечать и понимать их раньше, чем система начинает работать на пределе. Если вовремя сбавить скорость, то до цели можно добраться не только быстрее, но и безопасно. И что ещё важнее, вы сможете получать удовольствие от самого пути. Иначе можно достичь результата, но оказаться настолько истощённым, что радости от него уже не останется.

- Что бы вы пожелали нашим читателям - всем, кто привык заботиться о других, забывая о себе?

Я желаю вам начать относиться к себе с искренним интересом. Мы направляем так много внимания вовне: на компанию, семью, детей, партнёров, друзей. А сами остаёмся где-то на периферии собственной жизни. Остановитесь на секунду и спросите себя: «Как я сегодня? Как я сейчас себя чувствую? Чего я хочу?» Не через долженствование, не через борьбу и напряжение, а через внутренний диалог. И тогда вы обнаружите, что с собой можно договориться. И это снимает то внутреннее напряжение, которое многие годы несут как тяжёлый груз.

https://t.me/kristina_kerdreux

Анна Клиппштайн: "С какой суммы действительно имеет смысл начинать инвестировать?"

«Какой смысл инвестировать 4–5 евро в день или 100 евро в месяц? Это слишком маленькая сумма, чтобы что-то изменить».

Это один из самых распространённых аргументов людей, которые пока не начали инвестировать. И такое мнение вполне понятно.

Если смотреть на инвестиции в краткосрочной перспективе, небольшие суммы действительно кажутся незначительными.

Важно понимать разницу между заработком на коротком промежутке времени и инвестированием как инструментом создания капитала. Если цель — заработать ощутимую сумму за несколько месяцев или даже за год, то действительно без крупных вложений добиться заметного результата сложно. Прибыль в 10–20% на капитале в 100 евро практически не повлияет на финансовое положение человека. Но классическое инвестирование никогда не было инструментом быстрого заработка. Его задача — постепенно наращивать капитал на протяжении многих лет. Именно поэтому в долгосрочных инвестициях гораздо важнее время и регулярность вложений, чем размер стартовой суммы.

Допустим, человек вложил 100 евро и заработал даже очень хорошие 50% прибыли. Его доход составит всего 50 евро. Конечно, приятно, но сложно назвать такую сумму чем-то, что заметно повлияет на качество жизни.

Именно поэтому многие откладывают старт. Они считают, что сначала нужно увеличить доход, накопить серьёзный капитал, а уже потом заниматься инвестициями.

Однако в инвестициях существует принцип, который полностью меняет эту логику. Здесь выигрывает не тот, кто начинает с большой суммы, а тот, кто начинает раньше.

Главный актив инвестора — это время.

Большинство людей привыкли мыслить линейно. Если вложить 100 евро и получить 10%, заработаешь 10 евро. Если вложить 1000 евро — заработаешь уже 100 евро. Кажется очевидным, что решающую роль играет размер капитала.

Но долгосрочные инвестиции работают иначе. Здесь вступает в силу сложный процент — механизм, при котором доход начинает приносить новый доход. Со временем этот процесс ускоряется, и капитал начинает расти как снежный ком.

Именно поэтому даже небольшие регулярные вложения способны привести к серьёзным результатам.

Представьте двух людей.

Первый начинает инвестировать в 20 лет и откладывает всего по 100 евро в месяц.

Второй начинает в 40 лет, но уже может позволить себе инвестировать по 1000 евро ежемесячно.

На первый взгляд кажется, что второй человек находится в гораздо более выгодном положении. Однако практика и расчёты показывают обратное. Несмотря на то, что он вкладывает в десять раз больше денег каждый месяц, через несколько десятилетий его капитал может оказаться значительно меньше. Причина проста: первый инвестор дал своим деньгам дополнительное время для роста.

Разница заключается не в размере дохода, а в количестве лет, которые работают на инвестора.

Поэтому самый большой риск в инвестициях — не просадка рынка и не временные кризисы. Самый большой риск — откладывать инвестиции на потом.

Чтобы понять силу регулярных вложений, достаточно посмотреть на простой пример.

Допустим, человек инвестирует всего по 4 евро в день. Это примерно 120 евро в месяц — сумма, которую многие незаметно тратят на кофе, перекусы, доставку еды или импульсивные покупки.

Если регулярно инвестировать эти деньги и не пытаться угадывать рынок, результаты могут оказаться весьма впечатляющими.

Через 3 года при средней рыночной доходности капитал может составить около 7 250 евро, из которых почти 2 900 евро будут заработаны самими инвестициями.

Через 5 лет капитал вырастет примерно до 14 200 евро, а доход от инвестиций практически сравняется с суммой собственных вложений.

Через 10 лет общий капитал может превысить 40 000 евро. При этом собственных денег будет вложено около 14 600 евро, а всё остальное станет результатом работы капитала и сложного процента.

Именно в этот момент большинство людей впервые понимают, что капитал создаётся не за счёт огромных стартовых сумм. Его создают дисциплина, регулярность и время.

Проблема обычно заключается не в размере дохода, а в отсутствии привычки регулярно откладывать часть средств. Даже небольшие суммы способны стать основой будущего капитала, если делать это системно.

Кроме того, деньги всё равно находятся под воздействием инфляции. Независимо от того, инвестируем мы или нет, их покупательная способность со временем снижается. Разница лишь в том, что инвестиции дают возможность не только компенсировать влияние инфляции, но и увеличивать капитал.

Возникает логичный вопрос: куда инвестировать небольшие суммы?

Для большинства начинающих инвесторов одним из самых простых и понятных решений являются индексные фонды. Они позволяют приобрести долю сразу в большом количестве крупнейших компаний мира.

Например, в технологическом индексе Nasdaq представлены такие компании, как Apple, Microsoft, Google, Amazon и Nvidia. Это бизнесы, продуктами которых миллиарды людей пользуются ежедневно.

Инвестируя в индекс, человек фактически делает ставку не на успех одной компании, а на развитие целого сектора экономики. Такой подход снижает риски и делает долгосрочное накопление капитала значительно более комфортным.

Конечно, инвестиции не делают человека богатым за несколько месяцев. Они работают иначе. Это инструмент постепенного создания капитала, который требует времени и последовательности.

И чем раньше вы начнёте использовать его в своей жизни, тем больше времени будет работать на вас и ваши финансовые цели.

Если вы ещё не начали инвестировать или хотите глубже разобраться в этой теме, приглашаю вас в мои социальные сети. Там вы найдёте больше полезной информации об инвестициях, принципах формирования капитала, управлении рисками и работе финансовых рынков.

Также в социальных сетях вы можете узнать подробнее об образовательных программах и личных консультациях, которые помогут выстроить понятную инвестиционную стратегию, избежать распространенных ошибок и увереннее принимать финансовые решения как для долгосрочного формирования капитала, так и для работы с более краткосрочными инвестиционными возможностями.

https://t.me/anna_klippstein_invest

www.youtube.com/@AnnaKlippstein

https://www.instagram.com/anna.klippstein